Вспоминая полярные конвои... Исландский дневник Иосифа Рабиновича

Эти впечатления Иосиф Исаакович  Рабинович написал сразу после возвращения из Рейкъявика летом 2008 года.Они по-прежнему актуальны.

Иосиф Рабинович. ЛЁД И ПЛАМЕНЬ. Исландский дневник (по следам полярных конвоев), 2008

Часть 1. По виртуальному билету

Лечу в Исландию. Наконец – то. Сколько нервов и волнений позади – визы, билеты, моя проклятая безъязыкость… Сам себе не верю, но 8 июля стартуем с Шереметьева до Копенгагена. Билет – виртуальный, пришла по Интернету какая то бумажка на английском, где всё расписано и туда и обратно, но предъявлять её никому не нужно – достаточно паспорта. Сомнительно конечно для совкового воспитания, но в Европу же лечу, чёрт побери! Однако получилось, на удивление без проблем, если не считать автомата по продаже напитков, выдавшем сдачу со стольника пятнадцатью пятирублёвками. Итак – лечу, в самолётах Скандинавской авиакомпании в эконом-классе не кормят на халяву, впрочем, нервы напряжены и есть не хочется.

Два часа и под крылом побережье и Копенгаген. Копенгагенский аэропорт огромен, разобраться что к чему сложно, впрочем нахальство, разговорник и талон, выданный в Шереметьево помогают – попадаю в нужную стойку – проверяюсь на терроризм (обувь как у нас не снимают, зато ремень из джинсов вытащили) и прошу на посадку.

В Боинге Исландэйр тесновато и полно рыжих, всех оттенков от золотисто-рыжих до тёмно-гнедых. Проглатываем исландский то ли обед, то ли ужин и вот он Кевфлавик – международный аэропорт. По-английски говорят все, кроме меня конечно. Но большой автобус Флайбас вижу сразу. Рыжая, конечно, билетёрша принимает 1300 крон (рублей 400) и я в автобусе. О дороге сказать нечего – 50 километров ни одной колдобины, но водило едет то 80 то 60: как предписывают знаки. На центральной автостанции меня пересаживают, даже вещи переносит водитель в микроавтобус до моей гостиницы. Это правило. На улице ночь, правда, белая. Времени по местному – час ночи, а в Москве уже утро – 5 часов.

Кстати, курить в гостинице нельзя - курил на этих стульчиках под своим окошком - слева на первом этаже 
В моей гостинице «Альфхолл Гестхауз» нет дежурного, захожу в соседнюю – портье в ответ на «I am Rabinovich!» улыбается, выходит на улицу, открывает гостиницу, открывает мой номер №2, на двери которого приколота бумажка с надписью Rabinovich, желает мне спокойной ночи и удаляется. Трудновато уснуть московским светлым утром, но задёргиваю шторы и проваливаюсь в крепкий исландский сон

Рыжие девчонки и миноносец. 

Но сначала немного про Исландию. Эта самая западная страна Европы, не будь Гольфстрима была бы сурова как Чукотка. И всё же, ледники соседствуют с вулканами и гейзерами, то-есть лёд и пламень здесь неотделимы друг от друга. Суровая страна мореходов а в прошлом воинов и воинов храбрых и безжалостных. Это они намного раньше Колумба открыли Винланд (Виноградную страну) и гордятся Лейфом Эриксоном и Эриком Рыжим(!) – викингами приведшими свои драккары к берегам Канады тысячу лет назад.

Страна никогда не знавшая самодержавия управляется выборным парламентом альтингом больше тысячи лет. 
Впрочем не буду утомлять читателя – лучше отошлю его к замечательной остроумной книжке Ричарда Сейла «Эти странные исландцы» изд. «Эгмонт-Россия» 2004 г. 
Во время Великой отечественной войны Исландия в силу своего географического положения оказалась узловым пунктом на пути из Англии и Америки в северные порты СССР, и стала важным звеном в проводке полярных конвоев союзников с необходимыми сражающемуся СССР грузами. 
Вот на конференцию по Арктическим конвоям я и приехал в Исландию, чтобы рассказать в частности и о наших подводных поисках погибших судов конвоя QP-13.

Этот пароход "Родина" подорвался на мине 70 лет назад и лежит теперь на глубине 75 метров у северозападного побережья Исландии
После войны – Исландия была беднейшей страной Европы. Сначала помогла американская военно-воздушная база в Кевфлавике, начала развиваться термоэнергетика (за счёт подземного кипяточка), потом туризм в огромных масштабах и теперь даже алюминий выплавляют из привозного сырья, благо дешёвого электричества хватает. Так что теперь исландцы народ зажиточный – это видно по ценам. 
Утром завтракаю – завтрак как и везде в Европе постояльцу положен, он за общим столом, рядом со мной туристы, туристы, туристы. Выхожу из гостиницы и иду бродить по городу. Первое что попалось в глаза, как вышел на улицу.

 

Этот город просто создан для туристов (городских) турбюро, инфотурцентры и все магазины с сувенирным уклоном, будь то книжный или фирменный «Исландская шерсть». Смешной магазин-салон «Рыбья кожа», где, рыжая конечно, хозяйка торгует своими изделиями из крашенной кожи сёмги трески и рыбы леопарда.

Мои коллеги (ветераны из Питера) ещё садятся на самолёт в Хельсинки, всё –таки какое чудо эта сотовая связь, не успел я прилететь как получил СМС из Билайна: Приветствуем вас в Исландии! 
Поднимаюсь к кафедральному собору он в лесах хоть и построен недавно (турки ремонтируют и никто по этому поводу не сокрушается). Здание величественное как снаружи так и внутри. Удивили две православные (по стилю) иконы.

Уйдя из собора пробираюсь в университет, где будет конференция. В Рейкьявике два университета – Исландский и Рейкьявикский. Я этого не знал, но повезло – попал в нужный, Исландский. 
Близость университета понял по возросшему количеству молодых рыжих девчонок попадавшихся на пути.

Время ещё есть – пешком отправляюсь в родной Альфа Холл. Иду и по большим проспектам и по улочкам – уютная, чёрт побери страна. Город чем то, как ни странно похож на Севастополь, только краски попастельнее – север всё ж, хоть сегодня и солнышко и температура под 20С.

Обилие цветов не поражает, но скульптуры и на улицах через каждые сто метров и в уютных зелёных двориках особнячков – это что-то!

Причём как самостоятельные произведения искусства всех времён и стилей так и смешные копии Венерок и Амурчиков.


По дороге посещаю старый собор – он по своему классически красив и рядом конечно две статуи – одна видимо святая дева а другой – епископ, некогда занимавший кафедру.

Дома облачаюсь в деловой костюм и галстук – иду на угол должны подать автобус в порт (половина гостей – ветераны), хотя пути тут минут 10, днём я видел этот эсминец, стоящим у стенки в порту. 
На углу раскланиваюсь с очень пожилой парой, на страшном английском выясняю что это датский штурман самолёта летавший сопровождать конвои, они тоже ждут автобуса.

Элегантный британский морской офицер приветствует всех на палубе и говорит что то приятное, могу только улыбнуться в ответ.

Над палубой между Рубкой и носовым орудием натянут тент, под которым – фуршет конечно. 
Кэп встречает перед тентом всех, лично жмёт руку, предлагает выпить и закусить. 
Под тентом новое удивление – до чего дошла политкорректность в Европе. Военные морЯчки встречают и предлагают угощение. И это не официантки, а матросочки, у каждой есть место в боевом расчете. Есть и офицерши! И даже тут – рыжие хоть и британки.

Наконец подъехали ветераны, белые береты англичан, награды, и увы трости - болезни старые раны, уходит поколение наших отцов, защитивших мир от коричневой чумы.

Среди нашей делегации выделяется капитан первого ранга Анатолий Лифшиц – 23 конвоя провёл боевой офицер через шторма льды и минные поля, под огнём Юнкерсов и немецких подлодок. Ему – 90 лет и он действующий профессор Питерского политеха, пишет толстенные монографии и ведёт аспирантов. А в своё время его трижды исключали из ВКПб за неправильную женитьбу и неправильные высказывания. Даже стоять рядом с таким человеком – честь.

Приём завершился разводом почётного караула у знамени корабля. И командовала взводом … конечно дама-офицерша в немыслимой форменной шляпе.

Это безобразие - возмутился Лифшиц. В мирное время, куда ни шло а если завтра война, стыдно мужикам ставить женщин у орудий, даже если дурочки сами рвутся. 
Прощаемся с гостеприимными британцами и посольский сотрудник любезно подвозит меня к Альфа Холлу. 
Время 21.00 но в Москве час ночи, поэтому сразу засыпаю.

Протокол и доклады
Утром автобусом собирающим нас из гостиниц – в университет. Ждут приезда президента – не подумайте, что университета, президента Исландской республики. Он приезжает на вполне приличной машине (запамятовал марку) без, естественно, охраны и как простой профессор идёт в зал, здороваясь с участниками, многих из которых он знает лично, конечно в первую очередь исландца Петура Олафсона, моряка и рыбака. Он снимается с ветеранами (рыжеватый в свои 80 с лишним Питур стоит рядом с высоким седым президентом).

В своей отнюдь непарадной речи президент говорит о важности сохранения памяти, говорит без помпы, перемежая свою речь остроумными репризами, даже я со своим английским кое-что понимаю. В общем президент под стать своей стране – уютный и приятный.

Конечно можно сказать, что в Исландии народу как в московском муниципальном округе Коптево, но я видел префекта округа Коптево!!!Это совсем другой уровень. А Исландия активный участник международных дел, страна выиграла холодную тресковую войну с Великобританией , заставив уважать интересы малого государства. Президент уехал заниматься государственными делами и начались выступления и доклады. Выступали послы в Исландии тех стран, чьи моряки шли в конвоях и погибали во имя победы.

Не буду утомлять перечислением докладов. Программа первого дня была очень насыщена – доклады представили исследователи, авторы исторических трудов о войне на Севере из Исландии, Великобритании, США, Канады, Австралии, Дании и конечно России.

В частности выступил и упоминавшийся профессор Лифшиц на безупречном английском. Автор этих строк вынужден был выступать по-русски, с весьма посредственным переводчиком из нашей ассоциации участников полярных конвоев. Ох, придётся учить английский заново на старости лет.

Тем не менее – наши усилия (в подводных работах и по установке памятника) и архивные изыскания, поиск живых участников QP-13 были высоко оценены аудиторией.

Обед в университетском кафе был очень хорош, насколько я понял – это был рядовой обед каждодневный. А это обедает наша организаторша Элиза Ред. Опять "ред" - красная, а если приглядеться она и впрямь тёмно тёмно рыжая
Вечером предполагалось продолжение светской жизни – приём в посольстве России для участников. Слава богу и тут – деловой костюм. 
Посольство расположено на тихой улочке.

Нас встретили радушно – мероприятие вполне протокольное. И тем не менее два эпизода заслуживают отдельного упоминания. Исландский президент был в числе гостей, наряду с послами многие из которых выступали утром. Когда после небольшой официальной части началось чревоугодие (а куда же без фуршета) президент стоял в небольшой очереди к столу с закусками вместе со всеми. И оживлённо беседовал с присутствующими. Никому из наших посольских и в голову не пришло «окучить» президента и, например усадить за особый стол. Один из наших дипломатов сказал мне что тэто было бы не понято и бестактно. А уж эти ребята знают толк в местном протоколе! 
Второе. На приёме меня представили отцу Тимофею, представителю РПЦ в Исландии. Храма ещё нет, но мэрия Рейкьявика выделила участок, а пока есть помещение для отправления служб. 
Отец Тимофей (в миру Тимур) сравнительно молод, ему всего 40 лет, в Рейкьявике он проживает со своей очаровательной попадьёй. В молодости служил на Северном флоте и как оказалось на корабле, прекрасно знакомом Анатолию Львовичу (естественно в более ранние годы).
Но это ещё и не всё. Отец Тимофей пригляделся к физтеховскому (МФТИ) значку на лацкане моего пиджака и вежливо спросил имею ли я отношение к этому ВУЗу. После моей реплики, что мол кончил этот славный институт 45 лет назад, выяснилось что и священник учился у нас несколько лет прежде чем выбрал себе христианское поприще. Встретить в Исландии(!) русского священника однокорытника – это никакая теория вероятности не допустит.

Детишки и президент.
За завтраком увидел новых соседей по столу – слава богу, говорят по-русски – девочка и два мальчика, опекаемые двумя дамами, подумал, что мамы. Ан нет, это учительницы сопровождающие школяров, только что получивших аттестаты зрелости. Но это не туристы, а участники нашей «взрослой» конференции (!). Они окончили Мурманскую «английскую» гимназию и представили доклады на английском языке (позор на мою седую голову). Пришлось «детишкам» поработать в архиве, покопаться в Интернете, поработать по взрослому. Приятно видеть этих детишек – побольше бы таких в этом поколении – глядишь и появится надежда, что как-то наладится у нас жизнь. А что они слушают в своих плеерах, что танцуют, какие причёски и одежды предпочитают – это частности, каждому поколению свои моды. Лишь бы не улетучилась мода на труд.

Идём на заседание пешком, наблюдаю очередную порцию двориков, статуй и иных милых подробностей. 
Особенно умилил памятник бумажному кораблику выполненный из кровельного железа.

На конференции представляюсь датчанину Эрику Крагелунду – единственному здесь участнику «моего» конвоя QP-13 – никогда бы не дал ему его 84-х. Очень весёлый, ироничный и подвижный «дед». В 1939-ом, а война в Европе началась именно тогда, в год моего рождения, Эрику было 15. Вскоре он остался как бы без родины, Гитлер растоптал Данию, не было даже правительства в изгнании, как у французов и поляков. И Эрик, подделав документы чтобы казаться старше, воевал за свою родину под английским флагом, будучи не старше наших мурманских гимназистов.

Невольно вспомнился мой давний сослуживец, ровесник Эрика – Владимир Тихнер, одноклассник Шуры Космодемьянского, так же в неполные семнадцать (ведь для него война началась в 1941-м) ушедший на фронт и дошедший до Праги командиром пулемётного взвода. И тоже никакой бравады, понимание что война – тяжёлая работа. Тот, кто действительно смотрел смерти в лицо, ощутил на себе её смрадное дыхание, никогда не будет ёрничать и бравировать. Правильно написала Римма Казакова: Кто говорит, что на войне не страшно, тот ничего не знает о войне. А пошутить, когда страх отступил – почему бы и нет. И рюмашку пропустить за Мурманск и Архангельск

Эрик рассказывает, как проскользнули у норвежских берегов, вывесив какую то тряпку вместо флага, почти под самым носом у немцев и смеётся. А тогда, мы были счастливы, что целыми пришли в Рейкьявик и только тут узнали о трагедии возле Иссафиордура (место, где подорвалась на минах «Родина» и четыре английских судна, где 350 человек погибли в бушующем ледяном море за нас с вами).

В обед (сегодня рыбный) беру видеоинтервью у Эрика с помощью оператора исландского ТВ. Я бы с удовольствием поместил бы это интервью, но оно ещё не переведено, сам я это сделать, увы, не могу. 

После обеда наступил час «детишек» из мурманской гимназии №9. 
Это надо было видеть, как потеплели глаза ветеранов, с каким вниманием слушали учёные мужи Женю Акимова, рассказавшем об истории Архангельской школы вспомогательного флота Беломорской флотилии, Лёшу Козина, поведавшем о трагедии парохода «Индуна» торпедированного германской подводной лодкой. А Анечка Даценко рассказала об исследованиях писем американских и английских ветеранов как феномена культуры. И эти доклады не были выучены наизусть – ребята свободно говорят и спокойно отвечали на вопросы.

Ребята были приглашены вместе со всеми на приём в президентскую резиденцию. Президент как всегда был великолепен – тепло приветствовал гостей, шутил на правах хозяина, что впрочем, не удивило уже.

Но то, что гости не должны были толпиться с тарелкой в руках, а спокойно разбрелись по президентским апартаментам, кабинетам гостиным и холлам и вкушали яства сидя, дорогого стоит. Автор этих строк закусывал в президентском кресле в рабочем кабинете президента, а хозяин тем временем живо беседовал с Аней, Женей и Лёшей и эта беседа была очень хороша со стороны.

Стол был великолепен богатство прибрежных вод было на нём достойно представлено как рыбой всех сортов и видов, так и моллюсками и ракообразными. Исландские овечки тоже сделали нам честь, украсив наш стол.

На верхнем этаже, вход на который украшает огромная шкура белого медведя, выставка подарков, если придерживаться советской терминологии.

 

 

 

© 1998-2020, Исландский клуб России

туры в Чехию из Москвы